Идея о том, что персональный компьютер — это «пережиток прошлого», всё чаще звучит не как футурология, а как бизнес-план. По словам основателя Amazon Джеффа Безоса, собственные ПК — это «пережиток» прошлого, а будущее за облаком: пользователь владеет только экраном, клавиатурой и мышью, а сам «компьютер» арендуется у его компании, Microsoft и им подобных.
По сути, ПК предлагается не покупать, а арендовать, как стриминговый сервис или доступ к музыке.
Технический директор «Блицмедиа» Денис Гуреев считает, что сама идея не нова. По его словам, индустрия уже проходила подобный этап: от суперкомпьютеров — к концепции терминалов, где вся мощность сосредоточена в одном месте. В 80–90-х этим занималась Sun Microsystems, в развитие таких систем корпорации вкладывали миллионы долларов. Но тогда проект не взлетел: персональные компьютеры резко подешевели, интернет начал развиваться по децентрализованной модели, а ошибки самих разработчиков сыграли против них.
Сегодня ситуация изменилась. Облачные технологии, дата-центры и ИИ сделали возврат к централизованным вычислениям экономически выгодным. «Это уже не эксперимент, а очередная итерация старой идеи, доведённой до ума», — говорит господин Гуреев.
Ключевой смысл этой модели — жизнь по подписке. Пользователь перестаёт владеть чем-либо цифровым: ни программами, ни играми, ни файлами. Всё хранится и обрабатывается в облаке, а значит, полностью контролируется владельцем платформы. Нельзя скачать пиратскую игру, сохранить фильм или музыку «себе». Даже то, что и как человек смотрит, анализируется: реакции, поисковые запросы, изменения поведения после просмотра контента.
По мнению эксперта, такая система идеально подходит для управления аудиторией. Если раньше человек мог смотреть фильмы или работать на своём компьютере автономно, то теперь любая активность становится частью большой аналитической модели. Для корпораций это не только защита от пиратства, но и инструмент точного прогнозирования и влияния.
Экономически облачный компьютер выглядит эффективно: одно и то же «железо» используется разными людьми в разное время. Пользователь, который сегодня покупает дорогую видеокарту и нагружает её лишь на 10% времени, в облачной модели делит эту мощность с другими. Себестоимость снижается, оборудование работает постоянно. Однако, как подчёркивает Гуреев, конечная цена для пользователя вряд ли станет ниже. Платить придётся примерно столько же — просто не за вещь, а за доступ.
При этом массового добровольного перехода на такую модель эксперт не ждёт. Люди не хотят отказываться от владения устройствами и контроля над своими данными. Поэтому, считает он, корпорации будут действовать иначе — создавать продукты, доступные только в облаке. Этот сценарий уже знаком по игровым консолям, где эксклюзивные проекты заставляли пользователей покупать конкретную платформу.
Наиболее вероятным «локомотивом» облачного будущего Гуреев называет крупные игровые проекты, особенно те, где можно зарабатывать реальные деньги. Ради такого контента пользователи готовы мириться с подпиской и отсутствием альтернатив. А в более долгой перспективе, на горизонте 15–20 лет, развитие ИИ и рост эффективности разделения труда могут сделать централизованные вычисления стандартом по умолчанию.
Можно ли в такой модели говорить о приватности в привычном смысле или она исчезает полностью?
«Модель «облака как услуги» имеет потенциал стать отраслевым стандартом, однако уровень приватности в ней будет определяться равновесием между технологическими возможностями, политикой провайдеров и регуляторными нормами. Хотя полностью исключить риски невозможно, их можно значительно снизить за счёт комплекса технических и организационных мер защиты.» — Дмитрий Тулупов, начальник отдела кибербезопасности и AI в dtgdesign.
«Приватность в этой модели превращается в вопрос доверия к контракту, а не в результат инженерной защиты. Для минимизации рисков единственным рабочим подходом становится архитектура «Нулевого доверия» (Zero Trust), где вы шифруете данные на своей стороне еще до отправки в облако, чтобы провайдер видел лишь нечитаемый набор битов.» — Павел Щелканогов, Специалист по Телекоммуникациям и связи
